Князь Дмитрий Пожарский (слева) и Кузьма Мини

День народного единства 4 ноября — история нового праздника России

С 2005 года в четвертый день ноября Россия отмечает День народного единства. Праздник — пусть и с отчетливым «политическим» оттенком — напоминает нам о важной дате из истории страны: спасении России от полной потери независимости в 1612 году. Letyshops

Политика

Власти новой России не жалуют главный коммунистический праздник — 7 ноября, когда отмечается годовщина Октябрьской социалистической революции 1917 года. Поэтому (что бы ни говорили официальные лица) в 2004 году Государственная Дума Российской Федерации изменила закон «О днях воинской славы». В результате появился новый праздник — День народного единства. В пояснительной записке к проекту закона отмечалось:

«4 ноября 1612 года воины народного ополчения под предводительством Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского штурмом взяли Китай-город, освободив Москву от польских интервентов и продемонстрировав образец героизма и сплоченности всего народа вне зависимости от происхождения, вероисповедания и положения в обществе».

Для закрепления значимости ему передали выходной день, ранее «принадлежавший» 7 ноября. Впервые новый праздник отмечали в 2005 году, т.е. ровно 10 лет назад.

День народного единства в России

С 7 ноября, кстати, поступили красиво — теперь в этот день официально отмечается годовщина знаменитого Парада на Красной площади в ноябре 1941 года. Тогда парад вроде бы затеяли в честь 24-й годовщины всё той же Октябрьской революции, но современникам он больше запомнился по другой причине — демонстрацией военной мощи в осажденной нацистами и вчистую проигравшей первые месяцы Великой Отечественной войны Москве. Впрочем, вернемся к празднику 4 ноября — самое время посмотреть, почему именно наши законодатели выбрали эту дату.

Смутное время начинается

В конце XVI века Россия вступила в один из самых нестабильных периодов своей истории. В 1598 году умер последний царь из династии Рюриковичей, Фёдор Иоаннович, не оставивший после себя наследников. Страна была разорена — сказывались бесчисленные завоевательные походы Ивана IV Грозного, особенно трудно России далась Ливонская война. Историки писали, что простой люд в те годы смертельно устал — и от войн, и от власти, которую после жестокой опричнины попросту перестал уважать. Серьезным фактором нестабильности стали неурожаи, спровоцировавшие чудовищный голод 1601-1603 гг., жертвами которого стали до 0,5 млн человек.

Власть в лице нового монарха, бывшего боярина Бориса Годунова, не сидела сложа руки. Люди толпами стекались в Москву, где им из государственных запасов выдавали хлеб и деньги. Но доброта Годунова сыграла против него же — хаос лишь усиливался из-за сформировавшихся в столице крестьянских банд (в них входили холопы и слуги, изгнанные из дворянских усадеб из-за отсутствия у помещика денег и работы).

Лжедмитрий I
Лжедмитрий I

Смутное время началось из-за распространения слухов о том, что законный наследник престола — царевич Дмитрий Иванович из династии Рюриковичей — всё-таки жив, а не умер, как было принято считать до того. Но слухи распускал самозванец, вошедший в историю под именем «Лжедмитрий». Заручившись поддержкой польских аристократов и приняв католицизм, в 1604 году он собрал войско и отправился в поход на Москву. Победить ему помогли не столько собственные таланты, сколько неудачи властей — предательство воеводы Басманова и смерть Годунова. 20 июня 1605 года Москва встречала Лжедмитрия ликованием. Но бояре и простые москвичи довольно быстро поняли, что новый царь уж очень ориентирован на Польшу. Последней каплей стало прибытие в столицу польских подельников Лжедмитрия — 16 мая 1606 года вспыхнуло восстание, в ходе которого самозванец был убит. Страну возглавил представитель «суздальской» ветви Рюрикович, знатный боярин Василий Шуйский.

Спокойнее, впрочем, не стало. Первые два года новой власти всерьез угрожали восставшие казаки, крестьяне и наемники Ивана Болотникова — было время, когда разозленные боярским самоуправством мятежники стояли под Москвой. В 1607 году объявился новый самозванец — Лжедмитрий II (известен и как «Тушинский вор») — через год под его властью были уже семь значимых российских городов, включая Ярославль, Владимир и Кострому. В том же году Ногайская орда и крымские татары впервые за долгие годы решилась на набег по русским землям.

Лжедмитрий 2
Лжедмитрий 2

Вместе с Лжедмитрием II на Русь (пока неофициально) пришли польские войска. Вели они себя даже для интервентов, мягко говоря, вызывающе — грабили города (даже те, которые добровольно согласились на власть нового «царя»), облагали местное население непосильными налогами и «кормились» в них. Поднялось национально-освободительное движение, его поддержала и власть — Россия заключила Выборгский договор со Швецией, по которому в обмен на Корельский уезд получила 15-тысячный отряд наемников. Вместе с ними талантливый русский полководец, родственник законного царя Михаил Скопин-Шуйский нанес интервентам несколько чувствительных поражений.

Лагерь Лжедмитрия II в Тушино
Лагерь Лжедмитрия II в Тушино

Но тут России снова не повезло. Царь Шуйский и его брат Дмитрий, испугавшись популярности Скопина-Шуйского, отравили молодого военачальника (а то ещё власть отнимет!). А тут, как назло, польский король Сигизмунд III объявил войну измученному внутренними проблемами соседу и осадил мощную крепость Смоленск. Но в битве 4 июля 1610 года при Клушине русские войска, возглавляемые бездарным Дмитрием, из-за предательства немецких наемников были разгромлены поляками. Узнав о успехах польской армии, с юга к Москве пришел Лжедмитрий II.

В самой столице была уже новая власть — бояре потеряли последние остатки доверия к «боярскому царю» Шуйскому и свергли его. В результате к власти пришел совет из семи бояр, вошедший в историю как Семибоярщина. Новые правители сразу же решили, кто станет их царем — выбор пал на польского королевича Владислава.

Владислав
Владислав

Но здесь уже воспротивился народ — правителя-католика не хотел никто. Люди решили — лучше уж «свой» Лжедмитрий, чем Владислав. Самозванцу один за другим начали присягать даже те города, которые ранее с ним отчаянно боролись. Семибоярщина испугалась Лжедмитрия II и пошла на неслыханный шаг — впустила в Москву польско-литовские войска. Самозванец бежал в Калугу. Народ был на его стороне — людям очень не нравилось то, как вели себя в стране польские интервенты. Самопровозглашенный Рюрикович и правда начал бороться с поляками — освободил несколько городов, разбил войско польского гетмана Сапеги. Но 11 декабря 1610 года он поссорился с охранниками-татарами и был убит. Стало ясно, что никто, кроме самих русских, страну не спасёт.

Народные ополчения

Их было два. Первое возглавил рязанский дворянин Прокопий Ляпунов. Его власть признали бывшие сторонники Лжедмитрия II: князь Дмитрий Трубецкой, Григорий Шаховской, казаки Ивана Заруцкого. Поляки знали о заговоре и нервничали: в результате бытовую ссору на рынке они приняли за начало восстания и вырезали тысячи москвичей. Только в Китай-городе число жертв доходило до семи тысяч…

В конце марта 1611 года Первое ополчение подошло к Москве. Ополченцы взяли несколько районов Москвы (Белый город, Земляной город, часть Китай-города), а затем выбрали «временное правительство» под названием «Совет всей земли) во главе с Ляпуновым, Трубецким и Заруцким. Но на одном из военных советов ополчения казаки восстали и убили Ляпунова. Два оставшихся члена совета решили держать Кремль с засевшим в нем польским гарнизоном в осаде до подхода Второго ополчения.

Проблемы следовали одна за другой. Поляки после долгой осады взяли Смоленск, крымские татары разорили Рязанщину, шведы из союзников превратились во врагов — под их натиском пал Новгород. А в декабре Псков захватил уже третий по счёту Лжедмитрий… Вскоре весь северо-запад России признал очередного самозванца.

Князь Дмитрий Пожарский (слева) и Кузьма Мини
Князь Дмитрий Пожарский (слева) и Кузьма Минин

Второе ополчение возникло в сентябре 1611 года в Нижнем Новгороде. Его основу составили крестьяне северных и центральных регионов России, а также горожане. Возглавил его нижегородский земский староста Кузьма Минин. Его поддержали сначала посадские люди, а затем и все остальные — служилые люди (военные) и воеводы, духовенство, городской совет. На общем сходе горожан с проповедью выступил протопоп Савва, а затем и сам Минин призвал сограждан освободить страну от оккупантов. Вдохновленные его речью горожане решили, что каждый житель Нижнего Новгорода и уезда передаст на содержание «ратных людей» часть своего имущества. Распределять доходы доверили Минину — доверие к нему было стопроцентным.

Для военного руководства он пригласил князя Пожарского. Лучшей кандидатуры трудно было и придумать — вельможа был Рюриковичем, в 1608 году разбил войска Лжедмитрия II, сохранил верность московским царям, а в марте 1611 года принял участие в битве за Москву, где был тяжело ранен. Нижегородцам пришлись по душе и его личностные качества: князь был честным, бескорыстным, справедливым человеком, а решения принимал обдуманные и рациональные. Делегация из Нижнего Новгорода ездила к залечивавшему раны Пожарскому в его имение за 60 км несколько раз — но князь, согласно этикету тех времен, неизменно отказывал и согласился только тогда, когда к нему приехал архимандрит Феодосий. Условие было только одно — Пожарский был готов сотрудничать только с Кузьмой Мининым, которому в делах хозяйственных верил безоговорочно.

Больной Пожарский принимает послов
Больной Пожарский принимает послов

В Нижний Новгород Пожарский прибыл в конце октября 1611 года. Довольно быстро ему удалось увеличить число ополченцев с 750 до 3 000 человек — ряды освободителей пополнили служилые люди из Смоленска, Вязьмы и Дорогобужа. Им сразу же начали выплачивать и жалование — от 30 до 50 рублей в год. Узнав об этом, к ополчению начали присоединяться рязанцы, коломенцы, казаки и стрельцы из окраинных городов.

Хорошая организация работы (как с деньгами, так и с людьми) быстро привела к тому, что Второе ополчение — точнее, созданный им Совет всей земли — стало «центром силы» наряду с московской «семибоярщиной» и казацкой вольницей Заруцкого и Трубецкого. При этом новые руководители — в отличие от деятелей Первого ополчения — с самого начала четко знали, чего хотят. В декабрьской грамоте, адресованной населению Вологды, они писали, что хотят покончить с междоусобицами, очистить Московское государство от врагов и не чинить произвол.

Из Нижнего Новгорода ополчение вышло в конце февраля 1612 года. Дойдя до Решмы, Пожарский узнал, что Псков, Трубецкой и Заруцкий присягнули Лжедмитрию III (под его именем скрывался беглый монах Исидор). В результате было решено временно остановиться в Ярославле. Древний город стал столицей ополченцев.

Здесь ополченцы задержались до июля 1612 года. В Ярославле окончательно сложился Совет всей земли, в него вошли представители знатных родов — Долгорукие, Куракины, Бутурлины, Шереметевы, но возглавляли его по-прежнему Пожарский и Минин. Кузьма был неграмотным, поэтому за него «прикладывал руку» князь. Для издания документов Совета — грамот — требовались подписи всех его членов. Характерно, что из-за существовавшего тогда обычая местничества подпись Пожарского была лишь 10-й, а Минина — и вовсе 15-й.

Из Ярославля ополчение вело и военные действия (против польско-литовских отрядов и казацкой вольницы Заруцкого, отсекая последних от коммуникаций), и дипломатические переговоры — шведов решили усмирить хитростью, предложив брату короля русский престол, а у Священной Римской империи попросили помощь также в обмен на престол для ставленника императора. Впоследствии и шведу Карлу-Филиппу, и немецкому принцу Максимилиану отказали. Параллельно велась работа по восстановлению порядка на подконтрольной территории и вербовке новых ополченцев. В результате численность Второго ополчения выросла до 10 000 хорошо вооруженных обученных ратников.

Время действовать настало в сентябре (по новому стилю). 12-тысячный отряд польского гетмана Ходкевича попытался деблокировать запертый в Кремле польский гарнизон. 2 сентября состоялось первое сражение Московской битвы: в нём с 13 до 20 часов вечера сражались конные отряды Пожарского и Ходкевича. Странно повёл себя вроде бы поддержавший Второе ополчение князь Трубецкой: попросив у Пожарской 500 конников, он не давал им принять участие в битве и поддержать ополченцев. В результате приданные князю конные сотни самовольно покинули его и вместе с частью казаков Трубецкого помогли Пожарскому сначала отбросить поляков на исходные позиции, а затем и оттеснить их к Донскому монастырю.

3 сентября состоялось новое сражение. Князь Трубецкой опять предпочел не вмешиваться в бой, в результате чего поляки заняли важный укрепленный пункт и захватили в плен гарнизон из казаков. От поражения ополченцев спасло вмешательство келаря Троице-Сергиевого монастыря Авраамия Палицына — он пообещал казакам Трубецкого, что им выплатят жалование из монастырской казны, и после этого они все-таки присоединились к ополчению.

Решающее сражение произошло 4 сентября. Ополченцы бились с поляками в течение 14 часов. В ходе боя отличился Кузьма Минин — его небольшой конный отряд совершил дерзкую вылазку и посеял панику в стане Ходкевича. Чаша весов склонилась на стороне воинства Пожарского — вместе с казаками Трубецкого он обратил поляков в бегство. Уже на следующий день с остатками своей армии гетман ушел из Москвы.

Оставался польский гарнизон — два отряда полковников Струся и Будилы, защищавший район Китай-город и Кремль. В цитадели находились и бояре-изменники, и будущий царь Михаил Романов. После месячной осады Пожарский предложил противникам сдаться и взамен обещал сохранить им жизнь, но высокомерные поляки ответили категорическим отказом. 4 ноября по новому стилю ополченцы взяли штурмом Китай-город (эту дату мы и отмечаем как День народного единства), но Кремль оставался под контролем оккупантов. В польском стане царил голод — по свидетельствам очевидцев, интервенты опустились до людоедства. 5 ноября они все-таки сдались. Войска Будилы попали в плен к Пожарскому, и князь, как и обещал, сохранил им жизнь. Отряд Струся пленили казаки — и вырезали всех поляков до единого. 6 ноября 1612 после торжественного молебна войска князя Пожарского под звон колоколов со знаменами и хоругвями вошли в город. Москва была освобождена.

polyaki_sdaytsya

В январе 1613 года в Москве состоялся первый в истории всесословный Земский собор — на нём присутствовали представители всех сословий, включая и крестьянство. Кандидатуры зарубежных претендентов на русский престол — польского принца Владислава, шведа Карла Филиппа и других — были отклонены. Не заинтересовал делегатов и «воренок» — сын Марины Мнишек и Лжедмитрия II Иван. Но не нашла полной поддержки и ни одна из восьми «русских» кандидатур, в том числе и самого Пожарского. В итоге собравшиеся проголосовали за «компромиссный» вариант — сына влиятельного патриарха Филарета Михаила Романова. Избрание, положившее начало новой династии, состоялось 7 февраля 1613 года.

Смутное время в России, правда, ещё не закончилось. Новому царю пришлось разбираться с мятежным атаманом Заруцким, шведами и 20-тысячным отрядом поляков, которые вместе с запорожскими казаками осадили Москву в 1618 г.

До 1640 года Романовым верой и правдой служил герой Смуты князь Пожарский — Михаил Федорович и Алексей Михайлович доверяли ему самые ответственные дела.

Итоги Смуты были тяжелыми. Московское государство на 100 с лишним лет потеряло выход к Балтике, на несколько десятилетий — стратегическую крепость Смоленск. Количество распаханных земель сократилось в 20 раз, способных на ней работать крестьян — в 4 раза. Многие города — к примеру, Великий Новгород — были полностью разорены. Но самый важный итог все-таки был со знаком «плюс» — Русь в условиях внешней агрессии и внутренних неурядиц сохранила свою независимость.

Памятник Минину и Пожарскому в Москве от благодарных потомков
Памятник Минину и Пожарскому в Москве от благодарных потомков

Читайте также: 9 мая — история и современность.